Исследовательский доклад Марка Оуэна Джонса и Сухана Дисузы выявил масштабную кампанию по распространению дезинформации, направленную против мусульман и мигрантов в 30 странах мира. На её проведение было потрачено 6,12 млн фунтов стерлингов (около 8,2 млн долларов).

Согласно докладу под названием «Индустрия великого замещения» (The Great Replacement Industry), кампания продолжалась с октября 2023-го по октябрь 2026 года. За это время рекламные материалы получили, по оценкам исследователей, около 800 млн показов на цифровых платформах в Европе, Северной и Южной Америке, Азии и на Ближнем Востоке.

Авторы исследования назвали эту операцию «одной из крупнейших документально подтверждённых кампаний информационного воздействия и дезинформации за всю историю».

Как отмечается в докладе, для распространения материалов использовались платная реклама в социальных сетях, видеоролики, созданные с помощью искусственного интеллекта, песни, пародии на видеоигры, а также повторно размещённые видеозаписи. Их содержание было направлено на продвижение расистских и антимусульманских настроений, разжигание враждебности к мигрантам, Катару и Ирану. В частности, исследователи обнаружили материалы, изображавшие граждан ОАЭ, которые якобы покупают здания в европейских городах и превращают их в мечети.

В других рекламных публикациях использовались провокационные лозунги: «Это вторжение» и «Катар занимается исламизацией Европы».

По данным доклада, главной целью кампании было продвижение расистской конспирологической теории, известной как «Великое замещение». Её придерживаются некоторые представители крайне правых националистических движений белых.

Сторонники этой теории утверждают, что существует целенаправленный план по замене белого населения Европы выходцами из других регионов мира посредством миграции и демографических изменений.

Связь с израильскими структурами

Исследователи обнаружили ряд признаков, указывающих на возможную связь кампании со структурами, действующими с территории Израиля. Вместе с тем они подчеркнули, что не располагают неопровержимыми доказательствами причастности израильского правительства.

В интервью газете The National Сухан Дисуза заявил, что не может однозначно утверждать, будто Израиль непосредственно руководил этой операцией.

«Однако имеющиеся доказательства показывают, что участвовавшие в этой кампании структуры базируются в Израиле и связаны с информационными операциями, которые ранее проводило израильское правительство», — отметил исследователь.

Согласно докладу, первые этапы кампании удалось проследить до Израиля через посреднические компании во Вьетнаме. В мае 2024 года американская компания Meta предприняла меры против выявленной сети. Однако уже в ноябре того же года кампания возобновилась, а впоследствии её организаторы начали использовать коммерческие структуры в Бразилии.

В ходе расследования исследователи выявили: 1473 рекламных объявления в Facebook; 189 видеороликов на YouTube; 359 рекламных объявлений в TikTok; 105 видеороликов, опубликованных аккаунтами в TikTok.

Чтобы оценить воздействие кампании на пользователей, исследователи проанализировали 406 комментариев к рекламным публикациям в Facebook, ориентированным на британскую аудиторию в 2024 году.

Результаты показали, что 61% комментариев содержали поддержку взглядов, направленных против мусульман. В 2024 году компания Meta признала, что на первом этапе операции на рекламу в принадлежащих ей социальных сетях было потрачено около 900 тысяч фунтов стерлингов.

Представитель компании сообщил газете The National, что Meta постоянно выявляет и пресекает скоординированную недостоверную деятельность в своих сетях.

В компании также подчеркнули, что правила платформ запрещают разжигание ненависти, распространение вредоносной дезинформации, обманные практики и координированную деятельность с использованием поддельных личностей.

По итогам расследования авторы доклада призвали усилить государственный контроль над политической рекламой и информационными кампаниями в цифровом пространстве.

В заключение исследователи отметили, что объём рекламных расходов, широкий географический охват и разнообразие использованных инструментов свидетельствуют об организованном характере операции. При этом окончательно установить, кто именно финансировал кампанию и отдавал распоряжения её организаторам, пока не удалось.