Электромобили, заполняющие наши города, и огромные дата-центры, обеспечивающие революцию искусственного интеллекта (ИИ), объединяют одну черту — огромную потребность в критически важных минералах.

Спрос на алюминий, литий, графит и редкоземельные металлы растёт экспоненциально, поскольку экономика переживает новый суперцикл товаров.

Исторически Китай, Бразилия, Индонезия и Австралия были устоявшимися гигантами в мировой отрасли критически важных полезных ископаемых. Эти страны не только обладают значительными месторождениями минералов, но и создали целую экосистему для их переработки в промышленном применении.

В последнее время новая восточноафриканская страна, которая когда-то была лишь примечанием в мировой горнодобывающей отрасли, всё больше выходит на первый план: Танзания.

Несмотря на то, что африканские страны обладают 30% критически важных минералов мира, они не смогли лидировать в отрасли критически важных полезных ископаемых.

Плохое управление и отсутствие развитой инфраструктуры привели к тому, что разведка остаётся медленной, а переработка в целом передаётся на аутсорсинг в Азию.

Например, Демократическая Республика Конго добывает чуть более 76% мирового кобальта, но перерабатывает лишь небольшую часть этого металла внутри страны, экспортируя большую часть в виде сырой руды.

Танзания, со своей стороны, стремится уравнять эти шансы и утвердиться как крупный игрок в добыче и переработке критически важных минералов.

Страна обладает значительными объемами графита, никеля, меди, золота, урана и редкоземельных элементов, и имеет политическую повестку по использованию этого в рамках масштабной экономической трансформации.

В прошлом году президент Самия Сулуху Хассан объявил о национальной стратегии в области критически важных минералов, сосредоточенной на обеспечении надёжных поставок критически важных минералов, стимулировании разведки и стимулировании инноваций, при этом продвигая устойчивые и ответственные практики добычи.

Это поставило горнодобывающую промышленность в центр экономической трансформации страны. Танзания обладает обильными запасами празеодима, неодима, а также 6% мирового графита.

Литиевые батареи, лежащие в основе хранения возобновляемой энергии и электрического транспорта, не могут функционировать без графитового компонента.

Ранее в 2023 году Танзания инициировала проект Ngualla под руководством минерального гиганта Peak Rare Earths, исследуя одно из крупнейших и высококачественных неразработанных месторождений неодимов и празеодима в мире.

В октябре прошлого года правительство также запустило проект Mahenge Graphite, который направлен на ежегодное производство 60 000 тонн природного графита, а также по масштабному исследованию исключительных запасов редкоземельных элементов страны.

Более недавно, в мае, официальные лица объявили о новых обнаруженных месторождениях неодима и празеодима, расположенных в регионе Ньомбе, что говорит о том, что объёмы ресурсов страны пока не полностью известны.

Все эти проекты включают дробление, помол и флотацию сырой руды в концентрат на участках самой страны.

Руководство Танзании понимает, что страна может стать центральным перерабатывающим центром Африки, одновременно поднимаясь по цепочке создания стоимости за счёт плавки, переработки и производства продукции среднего назначения.

Составляющие, делающие страну идеальной для такого взлета, включая промышленные мощности, обильную энергию, торговую и экспортную инфраструктуру, стабильную регуляторную и политическую среду, а также привлечение мирового капитала — были активно реализованы правительством.

Фундамент для этого уже давно формируется. Железная дорога Тазара, соединяющая страну с медным поясом Замбии и работающая с 1970-х годов, проходит масштабную модернизацию под руководством Китая.

Гавань Багамойо, находящаяся в стадии строительства, станет крупнейшей в Восточной Африке и планирует обрабатывать 20 миллионов контейнеров ежегодно к 2045 году.

Недавно обнаруженные в стране месторождения СПГ, шестое по величине в Африке, исследуются совместно с Shell и Equinor, построенным наземным заводом по сжижению в Линди стоимостью 42 миллиарда долларов США.

Немногие развивающиеся страны региона обладают политическими и экономическими возможностями для реализации этих проектов.

Амбиции Танзании выходят далеко за пределы её национальных границ. Поскольку соперничество между США и Китаем несёт риск международной торговли, а запреты на экспорт угрожают потоку материалов, необходимых для энергетического перехода, сочетание огромных ресурсов, открытости и надёжности делает страну ключевым игроком в глобальной цепочке поставок. Танзания предлагает своим партнёрам нейтрального и надёжного поставщика.

Это не просто возможность для импортеров полезных ископаемых. Модернизация инфраструктуры, образования и промышленных возможностей в стране означает, что перерабатывающие и нефтеперерабатывающие мощности Танзании станут доминирующим сектором региональной экономики.

Для инвесторов это означает огромный потенциал роста, а также возможность способствовать развитию второй по величине страны Восточной Африки.

Критически важная минеральная повестка Танзании — редкая однозначная победа для мировой экономики. Она может снабдить мир материалами для перехода к чистой энергетике и снизить риски крупных цепочек поставок со стороны нестабильных партнёров.

Экономическое будущее Африки и глобальный энергетический переход редко указывают в одном направлении, но если рассматривать Танзанию — указывают.

Тинайе Гарава